Закрыть
 
Creative Writing School
Литературные мастерские
 
Москва: +7 (495) 369-41-93
WhatsApp: +7 (967) 067-70-34
cws.workshops@litschool.pro
  Петербург: +7 (921) 090-94-64
cwspiter@gmail.com

FacebookInstagramВконтакте

Меню
 
 
 
 

Елена Чижова: в современном романе сюжет не главное

CWS / О нас / Медиатека / Библиотека / Интервью: о литературе - от первого лица / Елена Чижова: в современном романе сюжет не главное

В конце февраля откроется второй интенсив CWS в Санкт-Петербурге, во время которого Елена Чижова, прозаик и эссеист, лауреат премии «Русский Букер», проведёт мастерскую «Роман как образ жизни». Мы поговорили с мастером о том, каким должен быть писатель-романист, почему конфликт важнее сюжета и как автор должен выстраивать отношения с главным героем.

Объясните смысл названия мастерской. Как роман может стать образом жизни?

В русском языке слово «образ» имеет несколько значений. Выбирая название для мастерской, я имела в виду игру слов. Роман как своего рода отражение жизни — конечно, в ином, отличном от житейского, ракурсе. С другой стороны, для человека, пишущего роман, этот процесс становится образом жизни. Невозможно просто сесть в уголок и быстренько, «на коленке», взять и написать. Роман — долгая и трудная работа, переформатирующая сознание.

Для вашего курса есть список обязательной литературы, в котором романы Набокова, Эко, Уайлдера, Гессе, Трифонова. По какому принципу он составлен? Почему именно эти романы должны прочитать слушатели?

Кроме одного романа, который понадобился мне для практических целей, я включила несколько пунктов из моего «личного списка» — списка романов, которые я в продолжение жизни перечитываю. Иногда по несколько раз. Что касается выбора именно этих произведений, он объясняется тем, что в них среди прочего содержатся ответы на вопросы — порой в неявной и даже противоречивой форме, — заявленные в программе курса. Мое глубокое уважение к авторам этих романов не позволяет их ответы игнорировать.

Где лучше искать сюжет для романа?

По своему опыту я знаю, что сюжет не надо искать. В современном романе сюжет — далеко не главное. Куда важнее — конфликт. Если вам удалось его (для себя) сформулировать, сюжет приложится.

Должен ли автор симпатизировать главному герою? Или же это может быть резко отрицательный персонаж, который автору неприятен?

Универсального ответа на этот вопрос у меня нет. В конце концов, писатель и хороший человек — не синонимы. Согласитесь, нельзя исключить и такую этическую конструкцию, когда автор и сам персонаж сугубо «отрицательный», и именно на этом основании он симпатизирует своему «плохому» герою. Я уж не говорю о том, что мир далеко не черно-белый. Но проблема еще и в том, что проза отличается от публицистики. Это публицистика может позволить себе роскошь — заклеймить. Или, наоборот, вознести до небес. В прозе такие простые механизмы не работают.

Как понять, какая задумка стоящая, а из какой не выйдет цельной истории?

По первым страницам, присланным на конкурс, этого не понять. Другое дело, что виден художественный потенциал — не только текста, но и автора. Иногда это становится ясно буквально с первых слов. Когда, прочитав несколько фраз, попадаешь в поле притяжения. Когда у тебя возникает ощущение, что автор знает, о чем говорит. Этим притяжением или, если можно так выразиться, соблазном: прочесть, узнать, что будет дальше, — в конечном счете и определяется высокая оценка. Но бывает и наоборот: человек хочет что-то написать, возможно, даже знает — что, но с первых же строк погружается в такие заведомые банальности, из которых, кажется, нет выхода. И уж совсем беда, если автор не владеет русским языком. Будьте уверены, язык ему немедленно отомстит.

Стоит ли кому-то показывать отрывки текста в процессе работы? Или лучше сначала полностью закончить произведение?

Если очень хочется, тогда можно. При этом не стоит забывать народную мудрость: «Дуракам пол работы не показывают». А, говоря серьезно, писательское дело одинокое. По-настоящему вам вряд ли кто-нибудь поможет, но вполне может сбить с толку. Я во всяком случае предпочитаю показывать более или менее законченный вариант. Скажем, предпоследний.

Как придумать яркое название для романа? И нужно ли оно вообще?

Яркость — понятие субъективное. То, что одному кажется яркостью, другой назовет пошлостью, рыночным балаганом. Когда речь идет о названии романа, я предпочитаю говорить о «точности». Но и тут мы ступаем на поле зыбких смыслов. В нескольких словах их трудно передать. С одной стороны, название должно «звучать», то есть обладать глубоким звуком (сейчас я не буду в эту тему вдаваться); с другой — не иллюстрировать то, что происходит в романе, иными словами, не становиться «общим выводом» — в этом случае пропадет главное: многослойность текста. Вместо нее возникнет застывшая картинка, которую из сознания читателя уже ничем не вытравишь. Есть и другие правила. Но о них я расскажу на занятиях в мастерской.

Про что вы любите читать романы? И какой роман ваш самый любимый?

Я не люблю читать «про что». Для меня роман — это не рассказ о тех или иных событиях. Больше того, чем подробнее автор описывает события, тем вероятней я закрою книгу. В конце концов, события — это не более чем скелет, остов. Сам по себе он не имеет смысла. Смысл, ради которого роман стоит — с моей точки зрения, — читать, возникает там, где есть «художественная плоть».

У меня нет какого-то одного любимого романа. Если бы он был, это означало бы весьма грустную картину. Своего рода шоры, которые позволяют видеть мир в единственном ракурсе. Чего я не пожелаю ни себе, ни другим. Не дай бог превратиться в эдакую, ходящую по кругу, «лошадь». Ведь все меняется, прирастает новыми смыслами. Важно только понимать, что эти новые смыслы не возникают на пустом месте: они — следствие художественного процесса во всей его полноте и единстве. А, возвращаясь к Вашему вопросу, не слепок с одной, пусть и гениальной, книги.

Какими качествами должен обладать писатель-романист? И отличается ли он от других писателей? Например, тех, что пишут рассказы?

Наверное, некоторой одаренностью. Как принято говорить, талантом. Но это качество необходимо и «другим писателям». Так что оставим это качество в стороне. Владение языком... Но если мы говорим о писателе-романисте, первое, что приходит в голову: терпение. Как правило, роман пишется годы. Бывают случаи, и десятилетия. Так что без терпения не обойтись. Еще: ум. Не потому, что для рассказа ум не нужен — но на короткой дистанции отсутствие ума можно скрыть, во всяком случае, удачно замаскировать. На длинной, романной дистанции, это абсолютно невозможно. Роман — конструкция системная. Стоит вытащить хвост, тут-то коготок и увязнет. А дальше и всей птичке пропасть. Кстати, говоря об уме, я не имею в виду «житейскую мудрость». Скорее, образ мыслей. Умение доходить до смыслов, скрытых под шелухой всяческих красот и банальностей, на которые так падки — вспомним слова Цветаевой, — «читатели газет». Другое дело, что в смутные эпохи, подобные нашей, таких читателей, увы, становится все больше. Для писателя такое «снижение планки» опасно. Одна из задач мастерской — показать, что этой опасности можно противопоставить, а главное, как это сделать.

Беседовала Дарья Красовская

Фотография из личного архива Елены Чижовой

февраль 2018
 

 

« Назад