Закрыть
 
Creative Writing School
Литературные мастерские
 
Москва: +7 (495) 369-41-93
WhatsApp: +7 (967) 067-70-34
cws.workshops@litschool.pro
  Петербург: +7 (921) 090-94-64
cwspiter@gmail.com

FacebookInstagramВконтакте

Меню
 
 
 
 

Ольга Славникова: Почувствовать в себе писателя

CWS / Медиатека / Библиотека / Интервью: о литературе - от первого лица / Ольга Славникова: Почувствовать в себе писателя

Ольга Славникова, писатель, лауреат премий «Русский Букер» и «Студенческий Букер», мастер курса «Проза для начинающих», рассказала CWS о начале своего писательского пути, книжных «витаминах» и симптомах литературного таланта. 

Ольга Славникова

Первую свою повесть «Первокурсница» Вы опубликовали после тридцати. Расскажите, пожалуйста, как Вы пришли к писательству. Это было первое написанное произведение? Или были и ранние, написанные «в стол»?

Я по природе романист. Это значит, что всякая история, которую я пишу, начинает расти сама по себе. Первые попытки в прозе я сделала еще в старших классах. Потом я кое-что начинала, немного продолжала и оставляла. Крупная проза требует свободного времени и волевых усилий. А я не очень верила в себя. У меня был маленький сын, мама болела, и мне казалось, что я должна работать для близких, а не заниматься личной ерундой. «Первокурсницу» я закончила тогда, когда сын уже подрос.

Сложно ли было решиться опубликовать свое произведение? Или наоборот – очень хотелось?

Сложно решиться вынести первую вещь на профессиональный суд. В моей молодости был такой формат: совещания молодых писателей. Там, собственно, я и получила рекомендацию в журнал «Урал», где и вышла повесть. Конечно, напечататься хотелось. Это давало публично признанное право писать дальше. Но перед первым моим семинаром, где разбирали повесть, было страшновато. Никто не учил, если что, держать удар.

Как Вы для себя определяли, и определяли ли, писательство в самом начале – просто хобби, желание высказаться или невозможность молчать, творческий зуд, ощущение дара?

Просто история, с которой я работала, меня не отпускала. Это был род наваждения. Я жила одновременно в реальности и в мире своего текста. Опытным путем я пришла к выводу, что если не буду писать, то и ничего другого делать не смогу. Я называла это – доза. Без дозы не могла даже мыть посуду. Хотя бы дважды в неделю я должна была общаться со своим черновиком.

Поменялось ли сейчас Ваше отношение?

Сейчас я профессионал и знаю: по ту сторону процесса есть читатель. Поэтому просто получить дозу – мало. Нужно вещь, во-первых, закончить, во-вторых, привести ко всей возможной стройности и внятности. При этом я не ставлю читателя судьей над своими книгами. Опыт показывает: даже продвинутый пользователь «снимает» с романа порядка шестидесяти процентов того, что заложено автором. Но доступ к заложенному нужно обеспечить, расчистить от строительного мусора, поставить указатели.

Как Вы считаете, есть ли такие симптомы, которые говорят, что надо писать, что есть талант?

Главный симптом: если вы не пишете, то все остальное валится из рук. Еще одно: читая книги, вы не только впитываете содержание, но и пытаетесь понять, как это сделано. И вдруг осознаете, что тоже можете, и не хуже, а лучше.

По Вашему мнению, серьезный писатель может быть писателем по совместительству и писать в свободное от основной работы время, или в определенный момент он должен все же выбрать?

Труд серьезного писателя сегодня никак не монетизируется. Гонорар за книгу настолько не соответствует затратам труда, что рассчитывать на эти деньги не стоит вообще. Писатель, если его никто не содержит, должен работать, и тут никакого выбора нет. Другое дело, если вы, например, получили в наследство квартиру и можете ее сдавать. Тогда стоит попробовать быть только писателем. Жизнь покажет, надо ли возвращаться к «кормящей» профессии. В идеале, писатель должен получать гранты, чтобы года два спокойно работать над книгой. Но денег, понятно, нет, и мы должны держаться.

Расскажите, пожалуйста, к каким книгам Вы возвращаетесь?

Я перечислю авторов. Это Михаил Булгаков, Франц Кафка, Вирджиния Вульф, Владимир Набоков, Ромен Гари, Уильям Фолкнер, Джон М. Кутзее, Валентин Распутин, Иэн Макьюэн, Людмила Улицкая, Михаил Шишкин, Алексей Иванов. Этих авторов я держу «в бумаге», мне томики приятны как предметы.

Что для Вас самое ценное в книге – идея, язык, мировоззрение, которое разделяет автор?

Книгу нельзя вот так разделить на ингредиенты. Для меня самое ценное – некий витамин, который подпитывает мое собственное писательство. Есть авторы, которых я очень ценю, Захар Прилепин, например. Но это другая литература, ее витамины не для меня.

Как, по Вашему мнению, лучше поступить молодому писателю – с первым же написанным произведением подаваться на различные премии или отточить мастерство и только после этого направлять работы на конкурсы?

Мастерство оттачивается всю жизнь. Это принципиально незавершаемый процесс. В этом процессе необходимо получать удары и переживать кризисы. Поэтому, если вы в своем первом произведении сделали, на своем нынешнем этапе, все, что смогли, – посылайте в журналы, в издательства, на конкурсы. Только не рисуйте в своем воображении картины, как вы уже послезавтра проснетесь знаменитым. Такое бывает только в развлекательных романчиках и сериальчиках, рассчитанных на публику, ничего не понимающую в литературе. В реальности вам предстоит долгий путь и много трудов.

 

Беседовала Евгения Костинская

Фото Анны Правдюк

13 сентября 2016 года

« Назад